Не сплю...

[elshajkina]

Так получилось - не могу уснуть. Мысли от Ктулху в частности и ужастиков вообще добрались много куда...

У меня есть родительская семья. Мама, папа, брат. Как бы ни сложилось у нас раньше, я у них все равно - младшая. И я знаю, что если совсем припрет - они поддержат и помогут. Другой вопрос, что я пополам порвусь, но постараюсь изыскать какие-то еще способы выкрутиться. Но они у меня есть, где-то там, за спиной, я об этом знаю, я это чувствую. Похоже, этого достаточно.
И, так сложилось, они смертны. Умрет мама, умрет отец. Генка когда-то умрет.
Умру в свой час и я. Не знаю, как получится с Генкой, но постараюсь, чтоб это было позже, чему мамы и отца. Потому что, наверное, это слишком страшно - пережить собственную дочь, вечную маленькую девочку, ту, что намечали оставить здесь после себя. Я не хочу для них такого.
Не знаю, каково будет мне. Боюсь представить...
Нет, боюсь и представляю. Как-то надо будет в свое время это прожить.

Вот мы говорили сегодня о страхе, о смерти... Что мы знаем о страхе и смерти? Мы, молодые и сильные,  неприлично здоровые - даже я со своим бронхитом? Мы, прикрытые от смерти и страха вакцинами и медицинскими полисами, опытом и знаниями многих поколений, все ускоряющимся ритмом жизни, выматывающей работой, тысячей развлечений в реале и в сети - и ясноглазой детской уверенностью, что уж нас-то как-нибудь минует?
Блин, что мы вообще об этом знаем?

Лет двести, а может, даже сто назад мой бронхит, воспринимающийся сейчас не иначе, как затянувшееся неудобство, мог бы меня убить. Теоретически, породив какое-нибудь мощное и быстро развивающее осложнение, он это может и сейчас. И меня с гарантией убили бы некоторые из моих детских болезней.
Но я - это я, за себя как-то не настолько страшно. А вот стоит действительно ощутить, что может погибнуть Дзок... или что-то может случиться с Аоно... Или с бывшим моим Петром...
Как жили люди сто и двести лет назад - с этим? Вот с этим - "Бог дал, Бог взял"? Не в качестве фигуры речи, а в качестве части обыденной реальности?
Я заглянула за самый краешек. У меня нет мужа, у меня нет детей. Я не могу ощутить, как это - знать, что смертны они.
Но то, что я ощутить успела...
(Думая о родителях, терпела, крепилась - большая уже девочка; сломалась уже на Дзоке - заревела в голос, забилась...)
Слезы, высыхая, стягивают щеки. Ощущаю себя - нет, вовсе не перепуганным зареванным ребенком, как ожидалось. Отнюдь не ребенком.

Непривычно остро ощущаю себя женщиной.
Кажется, меня еще что-то сделало сильнее.