По следам того поста про страх, на часть комментов к которому я так и не ответила.
Все пыталась сформулировать, что же меня в попытках ответов на них так лихо выбивает в конфузливый ступор.
Сформулировала.
Вещи.
Я - это несколько больше, чем я. Это еще и, блин, полгазели шмоток. И все родные такие.
И если Лизавету, случись со мной что, добрые люди приютят и прокормят, то шмотки просто выбросят.
Нет, если я умру или совсем поврежусь головой, я, наверное, про них забуду. Но если будет хоть немного соображения и памяти, чтоб не потерять их из виду...
Тогда если по моей вине мне станет негде их хранить, мне проще будет умереть или свихнуться.
Я в меру сил уменьшаю их поголовье, стараясь раздать что-то неюзаемое знакомым или как-то утилизировать совсем уж ветхое. Мало того, я даже научилась нещадно выбрасывать драные носки и износившееся белье.
Но того, что по доброй воле не выброшу, наверное, никогда и что мне вполне себе служит, а вот другими взято по разным причинам не будет - этого куча. И мне было бы невероятно плохо, случись с ними что-то.
Даже если, допустим, не будут выброшены, но попадут в плохие руки и будут загублены плохим обращением.
И я стыжусь столь сильной к ним привязанности.
Не знаю, что такое эта моя особенность.
Видимо, способ хоть так иметь личное пространство. Дом - это место, где хранятся мои вещи.
Хорошие мои, спасибо огромное за предложение "негде будет жить - придешь ко мне".
Только ведь с вещами вы меня все равно не спасете.
А я, если выживу, вряд ли себе прощу гибель этих и не представляю, как добуду новые. Потеря снимаемой комнаты для меня катастрофа куда большая, чем просто потеря крыши над головой. Это - утрата права на личное пространство осмысленных размеров и права на личные вещи во мной выбираемом количестве. Для меня это очень страшно. Мучительная смерть страшней, но не намного.
Так что, люди...
Если со мной все же что-то случится, пожалуйста....
Пусть моим вещам найдутся добрые хозяева. Очень прошу.
Все пыталась сформулировать, что же меня в попытках ответов на них так лихо выбивает в конфузливый ступор.
Сформулировала.
Вещи.
Я - это несколько больше, чем я. Это еще и, блин, полгазели шмоток. И все родные такие.
И если Лизавету, случись со мной что, добрые люди приютят и прокормят, то шмотки просто выбросят.
Нет, если я умру или совсем поврежусь головой, я, наверное, про них забуду. Но если будет хоть немного соображения и памяти, чтоб не потерять их из виду...
Тогда если по моей вине мне станет негде их хранить, мне проще будет умереть или свихнуться.
Я в меру сил уменьшаю их поголовье, стараясь раздать что-то неюзаемое знакомым или как-то утилизировать совсем уж ветхое. Мало того, я даже научилась нещадно выбрасывать драные носки и износившееся белье.
Но того, что по доброй воле не выброшу, наверное, никогда и что мне вполне себе служит, а вот другими взято по разным причинам не будет - этого куча. И мне было бы невероятно плохо, случись с ними что-то.
Даже если, допустим, не будут выброшены, но попадут в плохие руки и будут загублены плохим обращением.
И я стыжусь столь сильной к ним привязанности.
Не знаю, что такое эта моя особенность.
Видимо, способ хоть так иметь личное пространство. Дом - это место, где хранятся мои вещи.
Хорошие мои, спасибо огромное за предложение "негде будет жить - придешь ко мне".
Только ведь с вещами вы меня все равно не спасете.
А я, если выживу, вряд ли себе прощу гибель этих и не представляю, как добуду новые. Потеря снимаемой комнаты для меня катастрофа куда большая, чем просто потеря крыши над головой. Это - утрата права на личное пространство осмысленных размеров и права на личные вещи во мной выбираемом количестве. Для меня это очень страшно. Мучительная смерть страшней, но не намного.
Так что, люди...
Если со мной все же что-то случится, пожалуйста....
Пусть моим вещам найдутся добрые хозяева. Очень прошу.