Урря. Я снова владею руками настолько, что способна ответить на комменты.
Оформлением мыслей, правда, владею еще хуже, чем обычно. Чего я? Вроде с людьми разговариваю… С некоторыми. Иногда.
Тут Сауроныч вписывался. Пивом поил. Диск забыл. Дальше уехал.
А еще Дамирыч бывал. Клево: человек лютни делает.
Ну и, само собой, Валерка…
С нагноением фигня фигурная. Лапу изначально разнесло в полтора раза, меня лихорадило, пила антибиотики… Потом вроде хлоргексидином в порядок привели. Сколько-то.
Потом швы сняли – вот это-то и был пипец. Ниток нет – оно все как распустится, как востопорщится, как съедет… Перевязки три меня после каждого созерцания ладоней реально трясло. Однажды даже испытала сильное желание напиться. Удивилась, пить не стала (ибо нефиг), но с горя впала в спячку.
Меня таращило и депрессило, и, наверное, хорошо, что инета под рукой не было. Я бы двумя пальцами набивала душераздирающие посты про ничего впереди, стопудов.
Расплылась, как не знаю что.
Жаловалась Киру. Жаловалась Валерке.
Валерка посоветовал принять позу хатки бобра и заняться руками умозрительно.
Кончилось это безобразие тем, что меня отправили на самостоятельные перевязки. Типа все уже в той стадии, что можно и дома.
И я занялась руками сама и вплотную.
Полчаса, наверное, сидела, ободрала с раны все неживые ошметки и лоскутки. Нехрен, пусть где-нибудь еще разлагаются. После этого все стало выглядеть вполовину не так жутко. А еще я лангету отмотала нафиг, никаких моих сил больше нет.
В общем, вместо позы хатки бобра сама загерметизировала конечности в перчатки, слазала в душ и – счастье какое – учинила что-то вроде маникюра. С такими когтями жить силы уже не было.
Щас смотрю, что из всего получится. Тридцатого к врачу, пожелайте, чтоб оно обратно не загноилось…
Оформлением мыслей, правда, владею еще хуже, чем обычно. Чего я? Вроде с людьми разговариваю… С некоторыми. Иногда.
Тут Сауроныч вписывался. Пивом поил. Диск забыл. Дальше уехал.
А еще Дамирыч бывал. Клево: человек лютни делает.
Ну и, само собой, Валерка…
С нагноением фигня фигурная. Лапу изначально разнесло в полтора раза, меня лихорадило, пила антибиотики… Потом вроде хлоргексидином в порядок привели. Сколько-то.
Потом швы сняли – вот это-то и был пипец. Ниток нет – оно все как распустится, как востопорщится, как съедет… Перевязки три меня после каждого созерцания ладоней реально трясло. Однажды даже испытала сильное желание напиться. Удивилась, пить не стала (ибо нефиг), но с горя впала в спячку.
Меня таращило и депрессило, и, наверное, хорошо, что инета под рукой не было. Я бы двумя пальцами набивала душераздирающие посты про ничего впереди, стопудов.
Расплылась, как не знаю что.
Жаловалась Киру. Жаловалась Валерке.
Валерка посоветовал принять позу хатки бобра и заняться руками умозрительно.
Кончилось это безобразие тем, что меня отправили на самостоятельные перевязки. Типа все уже в той стадии, что можно и дома.
И я занялась руками сама и вплотную.
Полчаса, наверное, сидела, ободрала с раны все неживые ошметки и лоскутки. Нехрен, пусть где-нибудь еще разлагаются. После этого все стало выглядеть вполовину не так жутко. А еще я лангету отмотала нафиг, никаких моих сил больше нет.
В общем, вместо позы хатки бобра сама загерметизировала конечности в перчатки, слазала в душ и – счастье какое – учинила что-то вроде маникюра. С такими когтями жить силы уже не было.
Щас смотрю, что из всего получится. Тридцатого к врачу, пожелайте, чтоб оно обратно не загноилось…