Валя, Валентина, Что с тобой теперь? Белая палата, Крашеная дверь. Тоньше паутины Из-под кожи щек Тлеет скарлатины Смертный огонек.
Говорить не можешь — Губы горячи. Над тобой колдуют Умные врачи. Гладят бедный ежик Стриженых волос. Валя, Валентина, Что с тобой стряслось? Воздух воспаленный, Черная трава. Почему от зноя Ноет голова? Почему теснится В подъязычье стон? Почему ресницы Обдувает сон?
Двери отворяются. (Спать. Спать. Спать.) Над тобой склоняется Плачущая мать:
— Валенька, Валюша! Тягостно в избе. Я крестильный крестик Принесла тебе. Все хозяйство брошено, Не поправишь враз, Грязь не по-хорошему В горницах у нас.
Куры не закрыты, Свиньи без корыта; И мычит корова С голоду сердито. Не противься ж, Валенька, Он тебя не съест, Золоченый, маленький, Твой крестильный крест.
На щеке помятой Длинная слеза. А в больничных окнах Движется гроза.
Открывает Валя Смутные глаза.
От морей ревучих Пасмурной страны Наплывают тучи, Ливнями полны.
Над больничным садом, Вытянувшись в ряд, За густым отрядом Движется отряд. Молнии, как галстуки, По ветру летят.
В дождевом сиянье Облачных слоев Словно очертанье Тысячи голов.
Рухнула плотина, И выходят в бой Блузы из сатина В синьке грозовой.
Трубы. Трубы. Трубы. Подымают вой.
Над больничным садом, Над водой озер, Движутся отряды На вечерний сбор.
Заслоняют свет они (Даль черным-черна), Пионеры Кунцева, Пионеры Сетуни, Пионеры фабрики Ногина.
А внизу склоненная Изнывает мать:
Детские ладони Ей не целовать. Духотой спаленных Губ не освежить. Валентине больше Не придется жить.
— Я ль не собирала Для тебя добро? Шелковые платья, Мех да серебро, Я ли не копила, Ночи не спала, Все коров доила, Птицу стерегла, — Чтоб было приданое, Крепкое, недраное, Чтоб фата к лицу — Как пойдешь к венцу! Не противься ж, Валенька! Он тебя не съест, Золоченый, маленький, Твой крестильный крест.
Пусть звучат постылые, Скудные слова — Не погибла молодость, Молодость жива!
Нас водила молодость В сабельный поход, Нас бросала молодость На кронштадтский лед.
Боевые лошади Уносили нас, На широкой площади Убивали нас.
Но в крови горячечной Подымались мы, Но глаза незрячие Открывали мы.
Возникай содружество Ворона с бойцом, — Укрепляйся мужество Сталью и свинцом.
Чтоб земля суровая Кровью истекла, Чтобы юность новая Из костей взошла.
Чтобы в этом крохотном Теле — навсегда Пела наша молодость, Как весной вода.
Валя, Валентина, Видишь — на юру Базовое знамя Вьется по шнуру.
Нормальная у матери позиция. На то она, собственно, и мать. И, возможно, дочь на то и дочь, чтоб вытворять такие вещи, пока сама матерью не стала. Отдельно взятая Валентина этого просто не успевает. Возможно, в этом один из источников мурашек по коже после этой вещи. Еще один,на мой взгляд - то, что это очень мужская трактовка очень женской истории. Специфическим мужским напором и экспресией переполненная...
no subject
Date: 2005-05-24 01:11 pm (UTC)From:no subject
Date: 2005-05-24 01:13 pm (UTC)From:no subject
Date: 2005-05-24 01:15 pm (UTC)From:no subject
Date: 2005-05-24 01:19 pm (UTC)From:Но ты "Смерть пионерки" вспомни, например...
no subject
Date: 2005-05-24 01:21 pm (UTC)From:no subject
Date: 2005-05-24 01:31 pm (UTC)From:Смерть пионерки
Грозою освеженный,
Подрагивает лист.
Ах, пеночки зеленой
Двухоборотный свист!
Валя, Валентина,
Что с тобой теперь?
Белая палата,
Крашеная дверь.
Тоньше паутины
Из-под кожи щек
Тлеет скарлатины
Смертный огонек.
Говорить не можешь —
Губы горячи.
Над тобой колдуют
Умные врачи.
Гладят бедный ежик
Стриженых волос.
Валя, Валентина,
Что с тобой стряслось?
Воздух воспаленный,
Черная трава.
Почему от зноя
Ноет голова?
Почему теснится
В подъязычье стон?
Почему ресницы
Обдувает сон?
Двери отворяются.
(Спать. Спать. Спать.)
Над тобой склоняется
Плачущая мать:
— Валенька, Валюша!
Тягостно в избе.
Я крестильный крестик
Принесла тебе.
Все хозяйство брошено,
Не поправишь враз,
Грязь не по-хорошему
В горницах у нас.
Куры не закрыты,
Свиньи без корыта;
И мычит корова
С голоду сердито.
Не противься ж, Валенька,
Он тебя не съест,
Золоченый, маленький,
Твой крестильный крест.
На щеке помятой
Длинная слеза.
А в больничных окнах
Движется гроза.
Открывает Валя
Смутные глаза.
От морей ревучих
Пасмурной страны
Наплывают тучи,
Ливнями полны.
Над больничным садом,
Вытянувшись в ряд,
За густым отрядом
Движется отряд.
Молнии, как галстуки,
По ветру летят.
В дождевом сиянье
Облачных слоев
Словно очертанье
Тысячи голов.
Рухнула плотина,
И выходят в бой
Блузы из сатина
В синьке грозовой.
Трубы. Трубы. Трубы.
Подымают вой.
Над больничным садом,
Над водой озер,
Движутся отряды
На вечерний сбор.
Заслоняют свет они
(Даль черным-черна),
Пионеры Кунцева,
Пионеры Сетуни,
Пионеры фабрики Ногина.
А внизу склоненная
Изнывает мать:
Детские ладони
Ей не целовать.
Духотой спаленных
Губ не освежить.
Валентине больше
Не придется жить.
— Я ль не собирала
Для тебя добро?
Шелковые платья,
Мех да серебро,
Я ли не копила,
Ночи не спала,
Все коров доила,
Птицу стерегла, —
Чтоб было приданое,
Крепкое, недраное,
Чтоб фата к лицу —
Как пойдешь к венцу!
Не противься ж, Валенька!
Он тебя не съест,
Золоченый, маленький,
Твой крестильный крест.
Пусть звучат постылые,
Скудные слова —
Не погибла молодость,
Молодость жива!
Нас водила молодость
В сабельный поход,
Нас бросала молодость
На кронштадтский лед.
Боевые лошади
Уносили нас,
На широкой площади
Убивали нас.
Но в крови горячечной
Подымались мы,
Но глаза незрячие
Открывали мы.
Возникай содружество
Ворона с бойцом, —
Укрепляйся мужество
Сталью и свинцом.
Чтоб земля суровая
Кровью истекла,
Чтобы юность новая
Из костей взошла.
Чтобы в этом крохотном
Теле — навсегда
Пела наша молодость,
Как весной вода.
Валя, Валентина,
Видишь — на юру
Базовое знамя
Вьется по шнуру.
Красное полотнище
Вьется над бугром.
«Валя, будь готова!» —
Восклицает гром.
В прозелень лужайки
Капли как польют!
Валя в синей майке
Отдает салют.
Тихо подымается,
Призрачно-легка,
Над больничной койкой
Детская рука.
«Я всегда готова!» —
Слышится окрест.
На плетеный коврик
Упадает крест.
И потом бессильная
Валится рука —
В пухлые подушки,
В мякоть тюфяка.
А в больничных окнах
Синее тепло,
От большого солнца
В комнате светло.
И, припав к постели.
Изнывает мать.
За оградой пеночкам
Нынче благодать.
Вот и все!
Но песня
Не согласна ждать.
Возникает песня
В болтовне ребят.
Подымает песню
На голос отряд.
И выходит песня
С топотом шагов
В мир, открытый настежь
Бешенству ветров.
1932
Об идеологии можно спорить, но какая энергетика...
no subject
Date: 2005-05-24 01:36 pm (UTC)From:А так образно. Впечатляет.
Кажется, где-то мне отрывки встречались, но полностью вижу впервые.
no subject
Date: 2005-05-24 01:41 pm (UTC)From:Великое и страшное время было. И красивое по-своему. Как сдвиг литосферных плит...
no subject
Date: 2005-05-24 03:12 pm (UTC)From:no subject
Date: 2005-05-24 09:55 pm (UTC)From:И, возможно, дочь на то и дочь, чтоб вытворять такие вещи, пока сама матерью не стала. Отдельно взятая Валентина этого просто не успевает. Возможно, в этом один из источников мурашек по коже после этой вещи. Еще один,на мой взгляд - то, что это очень мужская трактовка очень женской истории. Специфическим мужским напором и экспресией переполненная...
no subject
Date: 2005-05-24 03:12 pm (UTC)From:no subject
Date: 2005-05-24 09:47 pm (UTC)From:no subject
Date: 2005-05-24 09:57 pm (UTC)From: